Батыржан Смаков: «Дирижирование – моя любовь, а пение – страсть»

Интервью: ЮЛИЯ МИЛЕНЬКАЯ. Фото: КАРЛА НУР, ОСПАН АЛИ

Батыржан Смаков – известный человек в мире классической музыки. Ему как лауреату международных конкурсов, единственному контратенору страны, артисту ЮНЕСКО за мир была присуждена победа в национальном проекте «100 новых лиц Казахстана».

BS 01

Батыржана по праву можно назвать «self made man». С раннего детства его пленила сцена, но финансовые трудности и непростая семейная ситуация диктовали выбор других жизненных приоритетов, где мир искусства стоял далеко не на первом месте. Сегодня, будучи заведующим кафедрой хорового дирижирования Казахского национального университета искусств в городе Нур-Султан, Батыржан Смаков является соорганизатором стартовавшего с начала карантина в стране онлайн-проекта «Музыкальная гостиная «Шабыт». Концерты в рамках данного проекта проходят на базе столичного КазНУИ, имеют внушительную аудиторию и большое число положительных отзывов. А в июле контратенор по приглашению Государственного академического театра оперы и балета имени Абая с успехом выступил на концерте музыки барокко совместно с солисткой оперной труппы алматинского Оперного Зариной Алтынбаевой. Несмотря на сегодняшнюю непростую ситуацию в мире, Батыржан Смаков продолжает претворять свои творческие идеи в жизнь.

 

– В ближайшее время я бы хотел написать несколько научных проектов, связанных с целебной силой музыки, ее воздействия на человека, – рассказывает нашему журналу Батыржан. – Я уже написал статью под названием «Классическая музыка против коронавируса». У нас в Казахстане, к сожалению, музыкотерапия не так развита, как в Европе. Там люди разных поколений проявляют к театру очень большой интерес. Посещая концерты, итальянцы стремятся зарядиться положительной энергией, оздоровиться, стать лучше, интеллектуальнее, приблизиться к чему-то прекрасному и вечному. Мы, классические музыканты Казахстана, тоже должны нести в широкие массы эту идею. Наше общество, увы, увлеклось неким ширпотребом, композициями-однодневками, не несущими в себе никакой духовной и смысловой нагрузки. Общество необходимо направлять в сторону классической музыки. Оно должно знать, кто такие Абай и Бетховен, Шопен и Брусиловский, Жубанов и Брамс.

 

– Батыржан, как Вы сами пришли к классике? Вы не родились в семье музыкантов. Ваша мама работала на швейной фабрике, а папа был шахтером…

– Дело в том, что мне с самого детства хотелось выступать на сцене. Когда я был маленьким, очень любил петь. Несмотря на то, что я вырос в простой карагандинской семье, часто слышал, как моя мама поет. Она пела и русские, и казахские народные песни. Возможно, это и зародило во мне интерес к музыке. Мама часто включала радио. В моем детстве была единственная радиоволна «Казахского радио», на которой часто звучали как мировые музыкальные шедевры, так и прекрасные образцы казахской классики. Я рос на музыке Шамши Калдаякова, кюях Курмангазы, Даулеткерея.

Детство у меня было трудное. Я рано остался без родителей. С 10-11 лет начал работать. Долгое время пребывал в какой-то депрессивной, как мне казалось, атмосфере, из которой очень хотелось вырваться, предпринять все усилия для того, чтобы навсегда распрощаться с ней. В один прекрасный момент я понял, что хочу быть музыкантом. Хотя люди, окружающие меня, отговаривали от этой затеи. «Зачем? Ты деньги музыкой не заработаешь!», «Ты будешь учителем музыки с маленькой зарплатой», «Лучше заниматься коммерцией, а ты уже «крутиться» умеешь!», – говорили мне они. Меня эти доводы абсолютно не трогали, и я уверенно шел к своей цели. Сегодня я хорошо понимаю, что если человек любит свое дело, любит трудиться, то успех обязательно придет к нему.

BS 02

 – Полюбив сцену, будучи ребенком, не задумывались ли Вы об эстраде? Ведь, как правило, дети, грезящие сценой и славой, представляют себя звездой эстрадных площадок, телевидения.

– Вы знаете, я считаю, что музыканты-классики и музыканты-эстрадники имеют разные типы мышления, разные музыкальные предпочтения. Наверное, у меня уже с детства просто был другой тип мышления. Сегодня в идеале мне бы хотелось, чтобы все люди стремились к академизму, потому что в нем больше глубины и профессиональных возможностей.

Сегодня в связи с пандемией огромное количество концертов, событий в сфере музыкального искусства «приходят» к людям в их дома. Мы имеем большой выбор культурных событий, которыми можем насладиться в онлайн-формате. Я считаю, что такая ситуация должна благотворно повлиять на уровень развития нашего общества. Сегодня человек выбирает к просмотру концерт современного исполнителя, а завтра – выступление Майры Мухамедкызы или Зарины Алтынбаевой. И это прекрасно!

 

– После обучения в Казахской национальной академии музыки, позднее переименованной в Казахский национальный университет искусств, Вы отправились на обучение в Италию в класс профессора Аллы Симонишвили. Как Вы с ней познакомились?

– После столичной Академии, где я обучался на бакалавриате «Хоровое дирижирование», в 2011 году я поступил в Академию оперного пения в итальянской коммуне Озимо, а в 2014-м поступил в консерваторию Джоакино Россини в Пезаро на магистратуру по специальности «Хоровое дирижирование». При этом в Италии я три года проучился на вокальном отделении. Еще учась в Академии, я работал дирижером в филармонии и в камерном хоре, тогда же я и начал петь как контратенор. Помню, мне часто говорили однокурсники: «Батыржан, зачем тебе такое пение? Позориться только». Многие не воспринимали контратенор как что-то серьезное, голос, который можно развивать, выступать с ним.

Алла Симонишвили приехала по приглашению в Астану на постановку оперы «Богема». После очередной репетиции, помню, она была очень уставшей, но я осмелился попросить у нее пару минут прослушивания меня. Она согласилась. После моего выступления профессор сказала, что у меня очень интересный голос, но предстоит еще много работы над ним. При этом отметила, что ей понравилось мое музыкальное мышление. «Если Вы выучите итальянский язык и найдете средства, то можете приезжать и поступать к нам», – сказала она. Эти слова в тот момент окрылили меня, и я буквально на следующий день нашел необходимые языковые курсы, стал собирать деньги. Перед самим поступлением я вел переписку с Аллой Симонишвили, брал у нее консультации, советовался с ней по различным профессиональным вопросам. За год до поездки в Италию, летом 2010-го, профессор пригласила меня на месячную стажировку в тбилисскую консерваторию, где я целенаправленно готовился с ней к поступлению. Безмерно благодарен Алле Симонишвили за ее работу со мной!

BS 03

– Батыржан, можно ли сказать, что преподавать контратенор могут как мужчины, так и женщины? Или же какие-то гендерные особенности преподавания у него есть?

– Несмотря на то, что этот голос самый высокий из мужских оперных голосов, он остается, прежде всего, мужским. Да, на мышечном уровне мужчине лучше обучаться у мужчины-преподавателя, женщине – у женщины. Обучать контратенору необходимо по принципу обучения меццо-сопрано, позиционно этот голос лежит в его тесситуре. Вся дыхательная система, позиция гортани, позиция зевка, резонаторика выстраиваются по форме с меццо-сопрано. Баритонам, тенорам сложнее работать с контратенорами. Но когда я даю уроки контратенорам, они признаются, что им легче работать со мной, нежели с женщинами-преподавателями. Все-таки это не женский голос, тембральная окраска у него все же мужская. В этом его уникальность.

 

– Батыржан, Вы – единственный в Казахстане контратенор. Есть ли у Вашего голоса конкуренция в Италии? Насколько он распространен в Европе?

– Таких голосов немного и в Европе, и в мире в целом. Их редкость обусловлена не столько природными данными исполнителей, сколько трудностью работы и реализации в певческой карьере. Состояться контратенором сложно. Помимо самого пения нужно знать хорошо историю этой музыки, стилистику, технические особенности, мелизматику. В Казахстане контратенору невозможно состояться как певцу. Я это понимал, поэтому решил поехать в Европу.

 

– Широкий ли выбор репертуара для контратенора?

– Произведений очень много. Мы исполняем большой пласт сочинений, начиная от XIV и до XVII века. Это «золотой» расцвет барокко. Я очень много пою немецкую музыку – Шуберта, Шумана, Мендельсона. Некоторые композиторы XX века тоже писали для контратенора, например, Шнитке. Из русских композиторов здесь можно выделить Чайковского, Глинку. Кстати, ряд современных композиторов, моих друзей, пишут произведения для моего голоса. В Италии музыку для меня написал Джузеппе Канджини. В интернете есть мой альбом «Tempus Fugit» на музыку и стихи Канджини. Музыка эта атональная, современная. Довольно много песен Малера созданы для контратенора, есть большой пласт французских произведений. Таким образом, диапазон репертуара контратенора выходит далеко за пределы барочной музыки.

BS 04

– Батыржан, известно, что на многие международные конкурсы Вас приглашают в качестве члена жюри. Участвовали ли Вы в профессиональных вокальных состязаниях как исполнитель?

– Да, я принимал участие в нескольких таких конкурсах. Самый крупный международный конкурс, в котором я участвовал как певец-контратенор, проходил в 2010 году в Санкт-Петербурге. На нем я занял третье место. Я очень благодарен нашему ректору Айман Кожабековне Мусаходжаевой за поддержку молодых музыкантов. По возвращению обратно на родину после конкурса Казахский национальный университет искусств полностью оплатил мне все расходы на поездку в Россию. Я также становился лауреатом конкурса старинной музыки в Турине, выступал в Риме.

 

– Батыржан, что Вы видите в качестве основного профессионального направления: дирижирование или карьеру певца?

– Я всегда говорю так: «дирижирование – это моя любовь, а пение – страсть». Очень сложно сказать, что первично, а что вторично. Дирижирование, конечно, более фундаментально в плане профессиональных перспектив. Контратенор – тип голоса, который можно использовать лет до сорока. Дирижер же, наоборот, становится ценнее как профессионал с годами. Тем не менее и пение, и дирижирование я стараюсь развивать параллельно. Эти два вида искусств не конфликтуют друг с другом. Трудности возникают, пожалуй, только в психологическом плане. И дирижировать, и петь на одном концерте –
задача не из легких. Дело в том, что, когда поешь, ты – солист, и, значит, более эгоистичен на сцене, направляешь все внимание на себя. Когда же дирижируешь, ты не думаешь о себе, думаешь исключительно о хоровом коллективе.

 

Опубликовано в журнале Altyn-Art №3 (3) 2020

Бессмертная любовь Людвига ван Бетховена
Altyn Art
У каждого свое Макондо!
Altyn Art
Altyn Art. Верьте в свою звезду!
События
Идейно чуждое…
События
Эйкос +
События
Бетховен.Mute
Altyn Art
Зарина Алтынбаева: «Я нашла опору в музыке»
Altyn Art
Георгий Макаров. Ода натюрморту
Altyn Art
Акмарал с казахско-индийским сердцем
Altyn Art
Altyn Art. Верьте в свою звезду!

Вышел в свет первый в 2021 году номер казахстанского журнала об искусстве и культуре «Altyn Art».

Идейно чуждое…

Советское искусство 1920–1930-х годов вызывает особый интерес. Это было время борьбы и единения различных теоретических и стилистических художественны

Эйкос +

14 октября 2020 года в ГМИ РК им. А. Кастеева открылась персональная выставка художника Галыма Оспанова «Эйкос +».

Казахстан в годы Великой Отечественной войны Советского Союза (1941–1945)

В годы Великой Отечественной войны нависшая смертельная угроза сплотила миллионы советских людей и подняла их на борьбу и разгром агрессора. Казахстан

Тюркское христианство

В Риме среди окружения папы римского Павла II есть немало священнослужителей-негров. Во время своего последнего визита в восточные страны Папа провел

Веретено

«Мир правит Всем через Всё» (Гераклит). Веретено – бытовой предмет, изготовленный из дерева, женский атрибут, предназначенный для прядения шерсти. Фор

Пять голов

Павел Яковлевич Зальцман (1912–1985) – заслуженный деятель искусств Казахстана. Творческую судьбу Зальцмана как художника-станковиста определило знако

Дизайну – виват!

Творчество группы «ВИВАТ» – явление казахстанской художественной жизни 1980-х – оказало большое влияние на появление и развитие в Казахстане «графичес

Каинды

Наш рассказ – о самом молодом озере в Казахстане – Каинды, что в переводе с казахского языка означает «березовое».

На родине тюльпанов

Путешествуя по Казахстану ранней весной, в степях и пустынях, в горах Тянь-Шаня и Алтая, нельзя не обратить внимания на разнообразные виды цветущих тю

Синяя птица – легенда и краса Тянь-Шанских гор

В 40-е и 50-е годы прошлого века в казахстанской прессе нет-нет, да и появлялись заметки натуралиста за подписью писателя Михаила Зверева. Запомнилась

Рубрики

Рассылка Nomad-Kazakhstan

Joomla forms builder by JoomlaShine
Наверх страницы